Сообщений в теме: 48

[ANS]

Великий самолет. Не, я не в плане высоты как таковой, я в плане возможности посадки в горах. Понятно, что полно мест, где только вертолет.
А так на высоте 4000 м я на нем налетался без всяких проблем. Прям аэросъемка, чин чинарем. Так что, конечно, локально и повыше можно подпрыгнуть

Нас пилот спрашивал: честно ли мы рюкзаки взвесили - "А то прошлый раз с альпинистами не мог на перевал влезть..."

[greg17]

Нас пилот спрашивал: честно ли мы рюкзаки взвесили - "А то прошлый раз с альпинистами не мог на перевал влезть..."

Ну да, у нас-то груза особого и не было..
 

[Stern]

Ну да, у нас-то груза особого и не было..
 

... всё по карманам распихано...

 

[greg17]

... всё по карманам распихано...

Кстати один раз набили Ан-2 арбузами по иллюминаторы. Управился

[igor33]

Про арбузы

Прикрепленные изображения

• 

Сообщение отредактировал igor33: Сегодня, 13:28

[Igorello]

Кстати один раз набили Ан-2 арбузами по иллюминаторы. Управился

знакомый в 90-е ещё летал на Ан-2 на Северный полюс и обратно, фотки показывал. во были лётчики! 

[greg17]

знакомый в 90-е ещё летал на Ан-2 на Северный полюс и обратно, фотки показывал. во были лётчики! 

Про лётчиков опять Городницкий вспомнился)

Скрытый текст

На исходе сорок первого года, в самое тяжелое время, когда немцы были уже под Москвой, московская группа особого назначения Полярной авиации (МОГОН) получила срочное и ответственное задание. Надо было перегнать из Аляски в Москву новую партию американских боевых самолетов для пополнения наших повыбитых ВВС.

В состав группы особого назначения входили наши самые прославленные полярные летчики — Герои Советского Союза Водопьянов, Черевичный, Мазурук и другие, хорошо знавшие сложную полярную трассу. С трудом преодолев ураганные ветры и снежные заряды, к тридцать первому декабря они добрались до Амдермы. До Москвы оставалось совсем немного. И тут, как назло, занепогодило. Внезапный циклон принес беспросветную пургу. Стало ясно, что до родной Москвы уже не добраться, и Новый год придется встречать здесь. Это никого не радовало, помимо всего прочего, еще и потому, что все запасы спирта полностью вышли, так как все надеялись к Новому году вернуться домой.
Далее Мазурук описывает такую невеселую картину. За длинным праздничным столом летной столовой сидят, позванивая орденами, унылые героические полярные летчики. На столе — множество самой разнообразной закуски от соленой кеты до нежной американской тушенки, и при этом полное отсутствие хотя бы одной бутылки. Часы показывают одиннадцать вечера, а за столом царит мрачная тишина. Вдруг распахивается наружная дверь, и вместе с клубами снежного пара в помещение входит старый аэродромный механик дядя Вася, держа в руках большую трехлитровую бутыль с непонятной жидкостью красного цвета. «Дорогие наши сталинские соколы, — говорит дядя Вася нетвердым уже голосом, — не извольте погнушаться. Сам не знаю, что это такое — у себя в ремонтном балочке нашел». Таинственную красную жидкость тут же стали испытывать на запах. По запаху — вроде «она». Но ведь красная. Если бы зеленая или хотя бы синяя, как денатурат! Ведь известно, что красный цвет специально добавляют во все яды, чтобы их кто-нибудь сдуру не глотнул. Пробовать жидкость никто не решался. Стрелки часов к этому моменту показывали уже половину двенадцатого. «Уважаемые герои, — снова заявил дядя Вася, — жизни ваши нужны товарищу Сталину и всей нашей стране для войны с фашистами. А я человек старый, одинокий, никому особенно не нужный. Разрешите за вас смерть принять!» С этими словами он налил себе полстакана зловещего красного зелья. Кое-кто фальшивым голосом стал было его отговаривать, но большинство трусливо промолчало, и дядя Вася со словами «За Родину, за Сталина» лихо опрокинул стакан. В напряженном ожидании прошло минут двадцать. Дядя Вася сидел за столом в полном здравии и наливал себе еще. Наконец — без десяти двенадцать — летчики не выдержали. Все налили себе и под далекий бой кремлевских курантов, прорывавшийся сквозь треск ночного эфира, выпили за Новый год и за победу. Оживление и веселый разговор, вспыхнувшие враз за столом, отвлекли общее внимание от дяди Васи. Вспомнили о нем только через полчаса, когда заметили, что за столом его нет. Обнаружили его под столом. Дядя Вася лежал на полу, хрипел и дергал ногами.
«И тут мы все как были, в одних гимнастерках, выскочили из-за стола и дернули стометровку в наш медпункт, в соседнюю избу, к нашему врачу. Нам, конечно, сразу же — рвотное и промывание желудка, потом опять то же самое, и так часа два. И вот лежим мы все трясущиеся и голые, а гимнастерки наши с орденами и золотыми звездами валяются на лавках. И вдруг вспомнил кто-то, — а дядю Васю-то, старика, забыли! С трудом напялив обмундирование, поплелись назад, открыли дверь в столовую и увидели странную картину. За пустым столом сидит живой и здоровый дядя Вася, наливая себе очередной стакан».
«А, голубчики, явились, — язвительно заметил он, допивая таинственную жидкость. — Будете над стариком издеваться? Да вы не сумлевайтесь — спирт чистейший. Просто я в него для понту пачку красного стрептоцита опустил…»

[mart]

Про полярных лётчиков много у Санина и Куваева написано.

[igor33]

Есть летчик знакомый, или был, в Дракино, Выпрямцев, мы в каком то году на соревнованиях по пилотажу активно жарили мясо и угощали пилотов и пилоток, еще наша иркутянка была не замужем. Смысл тот, что он на своем Ан-2 летал в Иркутск, рассчитывая полет, аэродромы, и прочее. И прилетел обратно, что немаловажно.